Бизнес консультант по управлению

Бизнес - консультант

Когда мы были молодые



"Кто не может делать - учит, как делать.

Кто может - делает."

Управленческий фольклор

    Это были  самые яркие впечатления моей жизни, но, к сожалению, связного рассказа о маршрутах не  вышло  многое стерлось в памяти. Получилась мозаика.

    "Картинки" в тексте это слайды, которые в 2008 году переведены в "цифру". Множество интересных кадров не сохранилось они рассеялись или постарели (прежде всего кадры, снятые на российскую и чешскую пленку). Сохранилось в основном немецкое качество. Фотоаппарат ФЭД Феликс Эдмундович Дзержинский.

    Спортивным туризмом (горным, лыжным и водным) и альпинизмом я занимался с 20 лет с 1980 до 1992 (а может, 1993) года.

    Я постарался расположить фото и рассказы в порядке увеличения сложности маршрутов, что, в общем, совпадает (частично) со сменой регионов от Кавказа к Памиру. Затем рассказал о лыжных маршрутах от Карелии до Крайних Северов. Затем идут водные маршруты.

    Первые мои маршруты это Кавказ. Поэтому с Кавказа начинается наш рассказ.

    Вернее, нужно начать с того, как  мы познакомились с Андреем Маляровым, с которым связано не менее половины походов в моей жизни.

    История: как мы познакомились с Андреем.

    В  1980  году  на  майские  праздники товарищи пригласили меня  за город.  Была большая компания, за день  мы прошли километров 20, хотя планировали, вообще-то, пройти всю  Клинско-Дмитревскую гряду.  Вечером поставили лагерь на  берегу ручья.  Выпили.  Выпили  еще.  Потом еще.  Бойцы отваливались один за другим.  Вижу,  остались вдвоем. Ну что, по последней? Андрей разбавляет спирт кипящим компотом (из сухофруктов). Так и познакомились. Причем утром большинство еле  живых "бойцов" отвалило, а мы с Максом Пшеничниковым и Андреем пошли  далее.   Уже летом,  после  Олимпиады, на которой мы работали горничными, пошли вместе в первый раз  в горы,  в составе достаточно  больших сборов турклуба МГУ.

    Первые воспоминания самые яркие воспоминания в жизни, хотя с тех пор видел многое, и много разного.

    Первая компания. Слева  я, в центре Андрей Маляров,  Максим Пшеничников, с которым мы учились в одной  группе и который познакомил нас с Андреем, Марина (факультет журналистики) и  Ира  (ВМК),  с  которыми ходил  еще пару  раз.  На левом  и на правом фото  это я.

    История:  как заставляли бегать от МГУ до железнодорожного моста, далее до метромоста.

    В начале занятий горными походами, в спортклубе МГУ, нас заставляли бегать  2-3 раза в неделю. Стандартный маршрут пролегал от МГУ  по  набережной до  Киевского  вокзала, затем обратно до метромоста, где стоял тренер, и ты не мог его избежать, и до спорткомплекса.

    С тех пор я бегал каждый день 10-12 км гдето около  10 лет.  Но  все  заканчивается. И как только  я прекратил бегать, то сразу набрал 20 кг веса.

    Итак,  Кавказ. На фото внизу первые виды  Эльбруса и вид с Эльбруса на ГКХ (Главный Кавказский хребет). Место называется "песчаные гостиницы". Как  сейчас помню перевалы Эхо войны, Азау и  Чипер Азау.

    Водопады, живописные ущелья, гладкие ледники это Преэльбрусье моей юности.

    А вот и мы. Какими мы были в 1980 году.

    История:  "Стриптиз по-чукотски"  и первые "стоянки".

    Есть такой анекдот: стрипиз по-чукотски это снятие второй телогрейки на глазах всего стойбища. Иногда в горах  приходилось надевать очень  много  одежды (утром  холодно, днем жарко, ночью минус), доводилось видеть, как, постепенно снимая, из 3-4 одежд люди оставляют одну и всегда  вспоминался этот анекдот.

    Первые несколько раз  мы  ходили в  горы достаточно большой толпой, которая называется "сборы".

    Сбор лагеря на 10-15 палаток это отдельный цирк. Хотя  и  объективно собирались медленно. Это потом  научились: при -20 С на снегу,  в пургу  собираться за 3 минуты.

    А на  первых порах 1-2 часа  вынь  да положь.

    Приэльбрусье начала 80-х годов  это брезентовое снаряжение, возможность увидеть траву и первые впечатления. На фото справа внизу исток реки Баксан (через 20 лет я смотрел фото дочери, которая, будучи гляциологом, проходила практику в том же районе, и вижу ничего не изменилось в общем, жизнь идет по кругу).

    История: "Я же тебе говорила, Зараза".

    Едем  на Кавказ. Мелкая станция в Краснодарском крае. Тетка  на  перроне  куда-то торопится и, убегая, со словами "держи крепче" дает своему достаточно маленькому ребенку в руки большой арбуз. Прибегает арбуз, конечно, на земле разбитый лежит.

    И тут же  накидывается на  ребенка с криками:  "Я же  тебе  говорила, Зараза, держи крепче!".

    Но  вернемся к Кавказу брезентовые палатки, вернее скорее "серебрянки", полученные в спортклубе МГУ, которые с одной стороны нужно было накрывать полиэтиленом, а с другой стороны утром  всегда  капал  конденсат. Первые привалы на перевалах. Первый снег в разгар лета.

    История: Записки на перевалах.

    На каждом перевале нужно было снять находившуюся там  записку и оставить свою,  в которую нужно было вписать себя  и две предыдущие группы, бывшие на перевале до тебя,  взяв  информацию из  снятой записки. Целей у этого  мероприятия было  две.  Во-первых, записки служили доказательством прохода (их  нужно было  переслать в МКК  Маршрутно-квалификационную комиссию, предварительно предъявив в своей). Вовторых, такие записки при спасательных работах позволяли значительно ограничить район поиска.

    История: Как ездили в грузовике с лошадью и варили кашу в нарзане.

    Вот прошло 2 года. Снова Приэльбрусье. Начало  маршрута было  запланировано на северных  ледовых полях  Эльбруса. Дорога туда шла через Карачаевск-Черкесский. До Карачаевска доехали на автобусе, от него  нужно было  подъехать  еще  километров 40. Ищем  попутную машину.  Полдня никого, ни одной  машины. Вдруг смотрим по пастбищу едет  грузовик. В нем  две  лошади. Все были  очень  рады  и тут же  забрались в  грузовик. Соседство с  лошадьми в грузовике в общем ничего. Лошади были спокойные, на поворотах приваливали нас к бортам. А масса-то у них не малая. А так же переступали с ноги на ногу, заодно наступая на ноги нам. Тут, правда, спасали горные ботинки. В общем, мы прокатились.

    Под самым ледником выходят минеральные воды (нарзаны, или что-то подобное). Вода очень концентрированная густо желтая. Судя  по такой  большой  концентрации  солей    лечить такие воды  должны хорошо.  Местные жители сделали (выложили) из камней несколько ванн.

    Искупались. Попили. И решили, "чтобы не терять кайф", на нарзане сварить кашу.  Жадность подвела нас в этот раз, потому что есть получившееся блюдо, конечно же, было нельзя.

    На  фото далее  слева    Эльбрус из  района. Карачаево-Черкесска.

    История: О брошенных живых аулах на Кавказе.

    На Кавказе есть  множество брошенных высокогорных аулов  следствие выселения горцев в долины. Но интересны, конечно, не только  брошенные, но и живые кишлаки (Памир) и аулы.  На Кавказе это прежде всего  Сванетия и Осетия.

    История: Как после окончания СИП купили портвейн и что из этого вышло.

    Школа средней инструкторской подготовки. Зачетный поход. Кавказ. Приэльбрусье. Терскол. По окончании маршрута был импровизированный "банкет". Нас с Андреем отправили в Терскол за спиртным. Ну мы, естественно, купили, что нашли, и подешевле, это оказался портвейн 777. Когда вернулись к нашей группе, выяснилось, что эту жидкость можем пить только мы с Андреем. Ну мы и выпили. На следующий день должен был начаться новый поход мне нужно было вести какой-то маршрут.

    Тут и начались конфузы.

    Утро. Я просыпаюсь и не могу найти свои ботинки. Вся группа ищет.

    Я, разумеется, ругаю их, лежа в спальнике: "Что, даже ботинки найти не можете! Вот если я встану то тут же найду!"

    Оказалось, что я лег в спальник в ботинках. Так что ботинки я, в общем-то, нашел.

    Далее, в качестве акклиматизации был подъем к скалам Пастухова. Тут выяснилось, что я забыл очки, и Андрей одолжил мне 1 стеклышко от своих очков. И вот я перебежками пока появляется облачкодвигаюсь на высоте 4 км.

    А вот так выглядит ГКХ (Главный Кавказский хребет) с Эльбруса.

    История: Как опоздали выйти на снежное плато под Эльбрусом и что вышло.

    Как  мне  помнится, в середине 80-х  мы  ходили  траверс ледовых полей Эльбруса. И там  в районе рек  Ирик и Ирикечат есть  снежное плато Джауенкез. Вернее, это  правильнее назвать снежное болото. Ночью плато подмерзает, а днем оттаивает до состояния снежной трясины. Проваливаешься в такую трясину где-то на глубину 1 м. В общем, это, конечно, не "ужас, ужас, ужас", но идти  по такому болоту,  если  опоздаешь с пересечением очень  неприятно.

    А вот так выглядит Джауенкез с Эльбруса.

    История: "Кто ты, морда жуткая?"

    Кавказ. Май. Вообще-то говоря, в мае на Кавказ лучше не ходить: весна очень лавиноопасный период. Однако 3 или 4 раза мы все-таки ходили.

    Итак,  это  был  Восточный Кавказ. Когда  мы поднялись на перевал, погода мигом изменилась. Пошел сильный снег.  Мы  поставили лагерь и застряли в нем на 3 дня. Все три дня мы провели в лежачем положении. На 4-й день утром  вышло солнце. Все стали  выбираться из своих палаток.

    Из  соседней палатки вылезает девушка. У этой девушки и раньше лицо  было  не узкое, а от лежачего положения оно отекло и стало  совсем круглое. К тому же  девушка до этого  сильно обгорела и кожа на лице  трескалась, не  добавляя особого очарования.
    У меня  вырвалось: "Кто ты, морда  жуткая?". Девушка, однако, не растерялась (!!!): "Так ведь это ж я, Дюймовочка!". Дюймовочка на фото слева.

    История: Как в мае смешили девушек в поезде.

    Май. Возвращаемся из похода. Лица обгорели на этот раз у всех и у всех трескаются.

    Трещины выделяют желтоватый гной. Все стараются держать каменные лица. Главным развлечением было рассмешить девушек. Эффект очевиден.

    История: Как нашли в мае горный хрусталь.

    Май. Восточный Кавказ. Идут лавины. Обычно лавины несут с собой не очень много камней, так как чаще всего лавины идут одними и теми же склонами или клуарами. И "зоны транзита" в какой-то степени "отполированы" веками лавин. Но видим: Глыба. И на этой глыбе был очень красивый горный хрусталь видимо, лавина отклонилась от своего привычного маршрута и зацепила "новый участок". Кристаллы при сходе лавины не раскололись, видимо глыба была одна и неслась в плотном потоке снега.

    В кино обычно показывают сухие лавины. Зрелище это красивое не только в кино, но и в натуре. Но в природе это еще и страшноватое зрелище.

    Мокрые лавины гораздо хуже, они почти не оставляют шансов на выживание. При попадании в лавину рекомендуется "освободиться от лыж, рюкзака, совершать плавательные движения, стараться при уплотнении лавины держать руки около рта, чтобы при "спрессовке" оставалось пространство с воздухом для дыхания", но мокрая лавина состоит из комков или даже глыб и похожа на сорвавшийся камнепад.

    Меня как-то на том же Восточном сбила такая небольшая лавина, можно сказать даже не лавина, а оползень. В общем, склон выхолаживался, и только в последний момент мне удалось сделать рывок и оказаться на поверхности. Меня снесло на 100 м вертикали. 3 часа затем искали мой рюкзак и нашли. Нужно помнить, что при преодолении лавиноопасного склона рюкзак следует держать на одном плече, а на другом ледоруб с ненадетым темляком. Мы всегда это соблюдали.

    В общем, не ходите, ребята, в горы.

    Это просто фото первых лет.

    Слева облака, поднимающиеся из долины, флаги над Ушбой и рассвет первые лучи, проникающие из-за гор.

    Первый второй третий год хождения в горы. Все было вновь, но восстановить истории и маршруты уже сложно.

    Прочие яркие впечатления первые тренировки в Полушкино дюльфер и спасательные работы.

    Первый  выезд, первые  палатки на  берегу Баксана, лагерь географического факультета (где мы с Андреем варили в темноте макароны и слили  их вместе с водой,  потом  собрали обратно в кастрюльку и всех накормили).

    А вот и мы в зачетном походе СИП школы средней инструкторской подготовки.

    Первые сложные маршруты. Скалы, которые я не любил. Вертикальные скалы и тяжелые рюкзаки.

    Кавказ 1984 1992 гг.

    Маршруты изменились, изменились и пейзажи.

    Огромные горы и маленькие палатки на снегу. (Видите, на правом фото, как ночью по нашему следу прошла лавина?)

    История: Как мы ходили в горы "от роддома".

    Начало 80-х. При оформлении маршрута помимо опыта, сдачи технических нормативов и медицинских справок, нужна была "выпускающая организация" формально та организация, которую вы представляете. Вернее нужна была профсоюзная организация, которая будет (не дай Бог) оплачивать спасательные работы. Туда сюда, организацию найти никак не получалось. А бабушка моя работала в роддоме. Я пришел к ней, она мне оформила "штамп". Так затем и ходили маршрут 4-й категории сложности как "Группа 6-го роддома им. Крупской".

    История: Как первый в связке закрывал солнце.

    Кавказ. Зима или поздняя осень (не ходите в горы зимой и весной). Заход солнца. Оно и не очень грело-то, это солнце, но все-таки заходит. Хочется поймать последние лучи. И эти лучи всю дорогу загораживает первый в связке. И вдруг оно солнце! Первая моя реакция я радуюсь и подставляю солнцу лицо. Только рывок страховочной веревки приводит меня в чувство оказывается это мой напарник, идущий первым, провалился в трещину.

    Ледники, пурга и снегопад, заносящие палатки.

    История: Как выпихивали примус из палатки.

    Кавказ. Снег. Палатки стоят тандемом лицом к лицу, на расстоянии "50 см", тамбур закрыт пологом. Снег шел очень сильный, все забились в одну палатку, во второй готовим еду. И вдруг у нас вспыхивает примус (что часто бывает, если его или перегреть тогда начинает фонить из клапана, или недогреть тогда выливается несгоревший бензин). Первым рефлекторным движением горящий примус выбрасывается ногой из палатки, и конечно летит во вторую палатку, где сбились все люди. К счастью, все обошлось.

    Ночевки на плато и довольные лица это следующие фото.

    История: Как давали ложку спирта.

    На больших высотах часто бывает трудно уснуть (конечно не всем, но многим), а на улице в это время холодильник ночью до 30-40 градусов мороза. Для того чтобы народ хорошо уснул, в кружку кипящего чая добавляли 1 столовую ложку спирта. Действует действительно потрясающе засыпаешь сразу, греет, и к тому же утром от одной ложки нет отрицательных последствий (на высоте пить спиртное нельзя).

    История: Как ставили палатку в зоне камнепада.

    Кавказ. Очень устали. Палатку поставили под большой мареной. Вроде бы сначала было все в порядке, но вечером начался камнепад. А тут, как назло, у Гали проблемы с сердцем. Что делать, сорвали палатку и вместе с Галей оттащили на 200 м. Вот такие молодые мы были.

    История: О козлах.
    Горные козлы различных типов достаточно распространены в горах. Они, конечно, стараются держаться подальше от людей, но если поставить лагерь и не шуметь, то утром они могут подойти на 10-20 метров к вашим палаткам.

    Хождение в связках (вылезать из трещины или вытаскивать из нее это отдельные воспоминания).

    История: Как я проваливался 6 раз в одну трещину.
    Кавказ, осень. Трещины были присыпаны снегом. Идем в связке вдвоем с Андреем. Я шел первый, как более тяжелый. Вдруг срыв. Зафиксировался. Вылез. 2 шага в сторону. Пошли далее. Срыв. Что такое? Вылезли. Снова срыв. Андрей, закрепив веревку, кричит: "Ты определись уже, я буду жестко страховать". Еще срыв. Пока я не понял, вися в трещине, что трещина идет нестандартно она рваная и я 6 раз проваливаюсь в одну и ту же трещину.

    Восхождение на Казбек.

    История: Как тащили мужика на спасработах и как ему делали укол в сердце.
    Простой маршрут, Казбек. Почти массовое восхождение. И тут у кого-то сердечная недостаточность. Спускать его пришлось волоком в спальнике и бегом. Несколько раз, за время спуска, врач делал прямой укол. Тащили мы его по камням, множество раз, когда падали сами,сильно били его о камни. Но мужик выжил и через 2 дня в больнице был как новый.

    История: Как случилось расстройство желудка на вершине Казбека.
    Казбек, не помню уже какой год. Был май, акклиматизационное восхождение. И вдруг на вершине (идет почти тропа) чувствую: ну все, не могу. Желудок. Надо что-то делать. На противоположный от подъема склон бросаем веревку, 20 м дюльфера, полка. И штаны спасены.

    История: О переправе по бревнышку.
    Как-то очередной раз я водил новичков в горах. Переправа. Бревнышко. Мы протянули веревку, чтобы люди могли за нее держаться. А бревнышко было тонкое. Всем было страшно, и никто не решался переправиться. Я долго мучился с ними, а потом залез в поток, так чтобы прижимало к бревну, и дал руку всем и каждому.

    А это просто пейзажи, район Адылсу Адырсу.

    История: Как собирали снаряжение в "селе".
    Долина Адырсу (или Адылсу) . 198? не помню какой, год. Со склонов горы сошел сель и практически полностью снес один из альплагерей, находящихся в долине. В том числе, селевой поток разрушил и "склад" со снаряжением. Остатки снаряжения оказались разбросаны в грязи, среди камней, обломков зданий и деревьев. Со снаряжением в те времена были большие проблемы, и чтобы добро не пропадало, мы весь день проковырялись в селевом следе. Наковыряли, надо сказать, прилично.

    На фото внизу слева "моя задница" при работе в связке, обычно, фотографировать может человек, идущий вторым. Поэтому на фото тех времен так много "задниц". В середине спуск дюльфером в ледяной разлом, а на фото справа нас догоняют облака, поднимающиеся утром из долины.

    История: Как на ночном восхождении я доставал осколки очков из глаза товарища.

    То ли Кавказ, то ли Памир. Ночной подъем. Почему нужно было подниматься именно ночью, сейчас уже не помню. Один из наших товарищей был в очках. И вышло так, что вместе с очками он неудачно приложился лицом  о скалы. Очки разбились, и осколки попали ему в глаза. Нам нужно было что-то делать,  но не было даже воды. Вопрос с водой решился так: 40 метров дюльфера и Андрей добыл воду. И вот, посреди ночи, на скалах, мы доставали ножом осколки из глаз человека, и достали. Самое интересное, что даже зрение сохранилось.

    Ледовые маршруты мне всегда  нравились больше. Хотя, может быть, я не очень умел лазить по скалам тренировки в Царицыно на руинах и Подольских карьерах всегда были моей неприятностью. Или, может быть,  "пение" вылетевшего из скалы крюка навсегда осталось в памяти. Хотя падал  я невысоко и отделался разовым сотрясением  и изменением зрения до "-2.5".

    На фото внизу слева  наша  группа в конце подъема по ледовой стене, название которой потерялось в памяти. Но, судя по всему, подъем по этой стене потребовал от нас не менее 200 м прокладывания веревок. Слева, по-видимому, фото "перестежки" на этой стене. Снимок слева  на следующей странице мы находимся "внизу" какого-то ледового разлома. И рядом с ним наша палатка, которую мы с Андреем шили  как минимум месяц (сверху болонья, купленная в виде  отдельных лоскутов,  как  сейчас помню, в магазине в Сокольниках, а внутренний слой сделан из старого парашюта).

    А это Ушба  одна из сложнейших вершин Кавказа с разных сторон.

    И длинные, как реки, ледники, название которых я забыл, но, кажется, левый снимок сделан с
    седловины Ушбы.

    Следующие фото мне очень нравятся, но я не могу вспомнить, где это было. Слева подъем нашей
    группы на вершину по гребню, в середине спуск дюльфером на скальном маршруте. Справа,
    очевидно, зима. Мы приближаемся к ледопаду.

    Подъем на скальном маршруте (опять  чья-то  задница).

    Кавказ.

    История: Как просили на турбазе подаяние.

    Год не помню. Мы не нашли заброску (ее делала другая группа) и продукты у нас закончились за 2 дня до выхода в цивилизацию. И вот вышли к Местии столице сванов. Через 10 км турбаза. Мы к повару. Тот показывает пустой котел и го ворит: "Простите, ребята, но вся еда закончи лась". Выходим в зал. Нужно сказать о публике, которая там сидела. Преимущественно это были приехавшие в горы по профсоюзным путевкам девушки по 120140 кг весом каждая. Так вот, эта публика сидит за столами, а на столах стоят не тронутые тарелки.

    "Извините, Вы не будете доедать?". У публики шок. "Не буду". "Тогда я возьму?". Через не сколько минут вся эта не очень худая компания кормила нашу группу, почемуто охая и причитая при этом.

    История: Как планировали питание.
    Я часто ходил завхозом. Готовиться нужно было за несколько месяцев. Меню рассчитывается детально, по дням. Продукты для экспедиции должны быть не только добыты, но и расфасованы по дням для удобства. И не только расфасованы, но и вместе с групповым снаряжением распределены равномерно по весу. И не только распределены в начальный момент, но и равномерно по убыванию общего веса в течение похода. Бензин для примусов добавляется к продуктам (вес которых меняется), но не может быть совместим с продуктами, впитывающими запах, сухарями, сахаром и т.д.

    До сих пор помню, сколько нужно гречки на человека и воды на 1 стакан гречки.

    На следующих фото: Ромб Чатына, прохождение ледопада, и мы с Вадимом Ляпиным перед восхождением (я слева).

    История: Как начальник при ночевке потерял каску. Кавказ. Ночевка на ледопаде. Ставим палатки, место для палаток вырубается прямо во льду.

    Начальник отряда сказал нам, чтобы мы свои вещи пристегивали к ледорубам, и при этих словах положил свою каску на лед. Через 10 секунд каска лежала в 400 м ледопада внизу.

    История: Как рубили площадку под палатку и чуть было не прорубились в бездну.

    Кавказ. Ледопад Каракая. Осень. Был второй или третий день подъема. Нам нужно переночевать и для этого рубили площадку рядом с ранклюфтом. Ранклюфт это ледниковая трещина, возникающая между скальной стеной и ледником, образуется в результате таяния ледника.
    Оказалось, что трещина книзу расширялась. В общем чуть было не прорубились в бездну (а там метров 100 свободного падения).

    История: Снежные мосты и способ их преодоления.
    Снежные мосты снежные или ледовые мосты над трещинами часто являются простейшим способом преодоления трещин. Обычно это "просто" прохождение со страховкой. Но иногда это и переползание.

    Если снежного моста  не нашлось и трещина продолжается по всему леднику, то ситуация значительно усложняется.

    Левый снимок спуск в трещину. А так мир выглядит из трещины (посередине). Справа хождение по гребням ледопадов.

    Левый рисунок внизу называется "задница друга".   Действительно, когда  ходишь в связке, обычно фотографирует тот, кто сзади. Ведь когда идешь первым тебе не до фото. А в центре мой верный спутник мой  рюкзак, который я сшил сам и использовал потом много лет. Уже значительно позже,  когда   закончились походы в горы,  купил  себе   "Салеву" и  прочее. Но  все  совсем не то. Мой рюкзак это белый рюкзак на центральном фото.

    Фото  ледопадов у меня  много  они красивее, чем скальные маршруты, и, на мой взгляд,  более интересные.

    Ледовая стена Китлота ее  преодолевали три  дня.  Два  дня  вешали веревки, на  третий день поднимали по ним все рюкзаки и навешивали последний участок. Слава Богу, ночевать на стене нам не пришлось.

    Судя по свежему снегу, следующие фото это начало сезона.

    А это просто фото. Мы на привале. Где-то 1988-1989. Справа преодоление ледопада. Судя по цвету льда, это "старый" лед  т.е. летний маршрут.

    История: Как Андрей разводил манную кашу аджикой в 4м ущелье. После маршрутов по вершинам Кавказа мы часто отправлялись на море. Обычно это была Абхазия, Пицунда. Там располагался спортлагерь МГУ 4-е ущелье. В спортлагере мы ставили палатки и жили там несколько дней.

    Однажды мы пришли в лагерь уже очень уставшими, вымотались, плохо себя чувствуем. Сварили манную кашу. Не лезет. Андрей снача ла посолил  не лезет. Затем посыпал сахаром  тот же эффект. Положил варенье. Без эффекта. Положил поверх несколько ложек аджики  и съел.

    Памир, ТяньШань и прочее.

    История: Как ехали на бензовозе. Памир. Дорога из Оша в Хорог. Нам предстояло добраться до долины Мургаб. Это приграничный район, но караваны ходят, так что желающих туда попасть досаживают попутчиком. Нам комфортного места не досталось, и мы залезли на бензовоз. Себя и вещи привязали ремнями к поручням и поехали. Днем +40 С, ночью около 0С. Все обошлось.

    На фото памирский тракт. Серпантины при подъеме на плато из Ошской долины настолько крутые, а воздух столь разрежен, что обычно водители открывали капот “ЗИЛа” (остальные виды грузовиков, кроме “Урала”, не используются в горах), ставят машину на первую скорость, фиксируют педаль газа палкой и управляют, высунувшись из кабины, стоя на подножке.

    Памир бывает разный. Это и озера, и Шенгерсеиские барьеры.

    И безжизненные скалы.

    И огромные ледники. Тянь-Шань, ледник Федченко  по-моему, самый большой ледник нашей (тогда) страны.

    Но обычно все это было смешано в одном маршруте.

    История: Как ели виноград на Памир-Алае.
    Памир. Брошенные селения. Перед своей смертью, в начале 50-х годов Сталин начал выселять горцев из их селений в равнинные районы. Горцы ушли, а сады остались. И если громадные деревья грецких орехов никак не изменились за это время, то виноград выродился.

    Все стали есть. Я, подумав, выпил сначала сульгин (друга путешественников имодиума тогда еще не было).
    И был прав. Полностью прав.
    На фото внизу самая неприятная для меня раскладка в горах прыжки с тяжелым рюкзаком с одного мокрого камня на другой.

    История: Воздушные переправы. Воздушные переправы мы десятки раз тренировали и сдавали различным проверяющим комиссиям при подготовке к походам. Но на практике использовали очень редко. В реальности, если нельзя найти брод или место, где можно изобразить горного козла, прыгающего с камня на камень, приходится подниматься (обычно без тропы) на многие километры вверх по реке, потом спускаться по другой стороне и т.д. Поэтому вопрос переправ прорабатывается на этапе подготовки маршрута. Но все же иногда приходилось.

    История: Памир. Землетрясение.

    Памир. Мы двигались по ущелью, в ущелье располагался маленький аул. После прохождения ущелья мы вышли в долину и разбили лагерь в центре. И тут началось землетрясение. Землетрясение было не катастрофичное, особенно для нас в середине долины неприятно, но не опасно. Дней через 10 мы шли обратно по тому же маршруту.

    Пейзаж значительно изменился, тропы, по которой мы шли в сторону долины, уже не было. До аула дошли нет аула, только спасатели.

    История: Памир. Как промахнулись на 200 км.

    Памир  двигаемся по ущелью. Смотрю, не совпадает пейзаж с описанием. Говорю началь нику отряда  не та местность. Она возражает, что местность та, и она ходила здесь 10 лет назад. Идем. 3 дня пути. Цирк. Подъем. Цирк, на который мы поднимались, вообще ничему не соответствует. И вот с перевала минимум 3А (2Б  было в описании) видим, что зашли совсем не туда  вместо Гисарского хребта перед нами Фанские горы. Оказывается, и 10 лет назад, когда они ходили в этот район, группа тоже промахнулась, но начальник забыла, куда именно. Мы бросили лишние вещи, продукты и пошли обратно, т.к. подходил контрольный срок возвращения. Невозвращение к контрольному сроку приводит к тому, что группу начинают искать, со всеми вытекающими последствиями. Когда бросали вещи, сгоряча мы с Андреем оставили не только 1 миску на двоих, но и одну ложку. Туда 100 км, сюда 100 км. Кошмар. Но все обошлось.

    Несмотря на кажущуюся безжизненность района, следы жизни рога, скелеты встречаются достаточно часто. Как и летние пастбища.

    Памир это гигантские пространства (на фото слева вид с пика Ленина) и странные ледники справа ледник Октябрьский под пиком Ленина явно свежий лед, образовавшийся или сжатием, или землетрясением. Пик Ленина на заднем плане.

    Пик Ленина, бесспорно, величайшая вершина России. Мы ходили со стороны ледника Октябрьский.

    История: Как варили спирт в автоклаве.

    Как-то запомнилось. После похода собирались и ввиду малого количества спирта (может, работа Горбачева по антиалкогольному воспитанию уже начиналась) делали компот спирт, сухофрукты в автоклаве. В автоклаве спирт при кипячении не испаряется. Действует. Вещь.

    Лыжные маршруты.

    Лыжные маршруты также представлены здесь за разные годы. Начало 1978-1983 годы. Брезентовое снаряжение, леса Карелии, Кольского, Южного Урала.

    История: Как в Карелии девушки провали лись в реку.

    Карелия, достаточно простой маршрут. Веду почти новичков. (Помните, руководитель отвечал уголовно за жизнь участников). Температура около 30 мороза. Лесная зона. Выходим на берег реки. Девица, которая ехала первой, поехала со склона вниз, несмотря на наши крики "нельзя!" (дело в том, что на порогах даже при таких тем пературах вода иногда не замерзает).

    Выезжает на реку. Медленно, без какой-либо попытки что-то сделать, она начинает проваливаться под лед. Проваливается, слава Богу, только по пояс (-30.0С на улице).

    Следующая за ней девушка, находясь в каком-то шоке, не останавливаясь, едет по ее лыжне. Подъезжает и, конечно, проваливается рядом. Ну вытащили их, развели костер. Все обошлось. Но на этом хохма не закончилась. Андрею было поручено выдать девицам спирта. В панике он забыл его разбавить. Хохма, одно слово.

    История: Как топили старым телеграфным столбом.

    Карелия. Веду группу. Темнеет, до поселка, где мы собирались ночевать, не успеваем. Нужно ночевать в лесу. А веду я новичков, так что лишняя холодная ночевка совсем ни к чему. Но вариантов у нас не было. Костер это первое, что нам было нужно. А лес вокругсплошь лиственный. Найти сушняк для костра у нас никак не получалось. Проблема. Долго искали, вдруг видим старый электрический или телеграфный столб (шли к Кижам вдоль старой, брошенной дороги). Удача. Костер был готов через 20 минут.

    История: Как нас на Белом море вывалили из саней, а потом поселили в клубе.

    Белое море. Лыжный маршрут. Плетемся. И вдруг едут снегоходы. Это были рыбаки, они везли сани, груженные рыбой. Подвезти нас всех не могли и забрали только рюкзаки, чтобы добросить до поселка, где нас пообещали поселить в местном клубе. Нас с Андреем выделили сопровождающими. В общем, водители были не трезвые. И просто сказать "нетрезвые" значит не сказать ничего. Пока мчались по морю все было ОК. Но сам поселок был на высоком берегу. И мы уже почти въехали в поселок , но на самом повороте сани наклоняются, и я чувствую, что сейчас накроет мешками с рыбой. Прыгаю. За мной валятся рюкзаки. За ними мешки и рыба. Мужик так ничего и не заметил, пока не подъехал к клубу. В клубе нас поселили хорошо, и многие жители приходили поговорить с нами, покормить нас далекий поселок, дорог нет скучно.

    История: Как волки шли за нами вдоль же лезной дороги. А мы считали, что между столбами 30 м.

    Не очень дальний Север. Тундра. Железная дорога на Лабытнанги. Нам нужно было успеть к ночи добраться до станции. Появилась стая волков шла следом за нами. В общем-то, это не очень опасно, но было немного страшновато. Как-то нужно было ускорить движение. Начальник отряда сказал нам, что осталось идти 10 км, а чтобы мы знали, сколько уже прошли, предложил нам считать столбы, так как между столбами 30 м.

    Ну, идем и считаем. И как же все радовались, когда пришли существенно раньше, чем рассчитывали на самом деле между столбами-то было 50 м.

    История: Как мой рюкзак не проехал между деревьями.

    Север. Карелия. Лесная зона. Спуск на лы жах. Набираем некоторую скорость. Тут впереди два дерева. Расстояние между ними было не очень большое, но и не маленькое не менее метра. Но дело было в том, что утром, когда мы собирали палатку, она смерзлась и мы свернули ее рулоном. И рулон этот подвесили к моему рюкзаку снизу. В общем, палатка застряла. Ноги мои вместе с лыжами уехали вперед, а глубина снега более метра. Таким образом, я оказался под вешенным в воздухе на лямках моего рюкзака. На фото справа я с палаткой.

    История: Как мой рюкзак не проехал между деревьями.

    Север. Карелия. Лесная зона. Спуск на лыжах. Набираем некоторую скорость. Тут впереди два дерева. Расстояние между ними было не очень большое, но и не маленькое не менее метра. Но дело было в том, что утром, когда мы собирали палатку, она смерзлась и мы свернули ее рулоном. И рулон этот подвесили к моему рюкзаку снизу. В общем, палатка застряла. Ноги мои вместе с лыжами уехали вперед, а глубина снега более метра. Таким образом, я оказался под вешенным в воздухе на лямках моего рюкзака.
    На фото справа я с палаткой.

    За исключением Карелии, в простых маршрутах обычно совмещаются лес, небольшие горы и озера.

    На ночевках обычно разводили костры. Иногда бывали теплые ночевки в клубах местных поселков, столовых и т.д.

    Средние горы северный Урал. Карликовые деревья, немереные пространства.

    История: Как мне моя научная руководи тельница рекомендовала взять меховые трусы.

    Первые лыжные походы. Еще брезентовое снаряжение.

    И моя научная руководительница, Полина Соломоновна, всерьез советовала мне взять с собой меховые трусы. Опиралась на свой тоже туристский опыт. И, в общем, была не так уж и не права.

    Недавно (в 2007 году) возил Митю на слалом по Катуни, и на барахолке видел именно то меховые шорты, и не купил. А зря. Как память(понятно, что есть самосбросы на гагачьем пуху, рассчитанные на 60С).

    Внизу снова фото северных маршрутов средней категории 3-4.

    История: Как я потерял лыжу.

    Средний Урал (возможно, Южный). Склон. Заметим, что на фото при съемке снизу вверх склон получается плоско, а реально там 2030 градусов. Так что спускался коекак. Снег глубокий.

     

    История: “Я дальше не пойду”.

    Полярный Урал. Как сейчас помню, девушка по имени Люда. Отставала, отставала. Однажды даже дошла до состояния "дальше не пойду". Но все обошлось.

    История: Киров. Как готовили 5 копеек на вход в метро.

    Кольский полуостров. Апатиты. Где-то рядом метростроевцы копали туннели (не очень знаю кроме Ревды комбинаты Кольского). И, по-видимому, им поручили вырыть в Апатитах

    подземный переход. Ну и конечно над ним повесили букву "М". Говорю своей группе:“Готовьте 5 копеек, поедем в столовую на метро”. Не верят. Достаю 5 копеек. Подходим. Буква "М" над входом в подземелье. Все достают 5 копеек.

    На Полярном Урале и, в общем, иногда на Кольском полуострове просто так палатку не поставишь, а в горной части почти всегда лыжи несут на себе. Много раз пробовали нарты. Если это тундра или поход на полюс, то очевидно, что нарты это то, нужно (и грунт относительно ровный и груза на 3-4 недели). Но если маршрут всего 2 недели и включает горные участки, то решение не очевидно.

    Отдельное впечатление зимники дороги, функционирующие только зимой, даже расчищенные, ьак как летом обычно из-за вечной мерзлоты и отсутствия мостов непроезжие.

    Зимники Кольского полуострова в основном "выходят из Ревды". Фото справа дорога на Ревду из Апатит.

    История: Как на Григорьева свалилось един ственное на 100 км дерево.

    Полярный Урал. Кругом ничего. Ночевки снежные стенки вокруг палаток. И вдруг сухое дерево, из которого можно сделать костер. Был очень маленький топорик. Сереже Григорьеву поручили срубить. И вдруг ЧП единственное на 100 км дерево упало на Григорьева и вдавило в наст.

    Хоть плачь, хоть смейся, хоть пугайся.
    И вообще, с ним всегда что-то случалось. Когда познакомились в 1980 году в походе загород, то выпили, и он стал показывать, как занимается каратэ. И закинул ногу выше головы в развилку дерева, а нога застряла.

    А последняя встреча где-то в 1996 году. Он, работая с нами в ЭкоХелп (и там с ним все время что-то случалось то он, работая менеджером, терял товар, то на него нападали, то …) женился, а было ему, как и нам, 35 лет, на нашей уборщице (татарка с детьми) и через 2 дня приходит она с просьбой восстановить трудовую книжку. Оказывается, по поводу праздника было потеряно все, от паспорта до свидетельства о браке. Больше, к сожалению, не встречались.

    История: Полярное сияние в районе Ревды.

    Комбинат, как помнится обогатительный, (уран или плутонийне вспомнить) запомнился нам (1992 год) гостеприимством и свежими огурцами, выращенными в теплице на комбинате.

    История: Как я шел в мае к метро с лыжами и ледорубом.

    На Полярный Урал и на полюс ходят в апрелемае. И вот майские праздники, иду на метро (как сейчас помню, жили на улице Губкина) с рюкзаком, к которому прицеплен ледоруб, и окантованные лыжи в руках. Прямо прогуливание жирафа по улицам Москвы все останавливаются и глазеют.

    И "венец "карьеры Океан. Палатки можно поставить, только обнеся их стенкой изо льда. И утром от ветра вся стена в дырках.

    Хотя Полярный Урал тоже стенки вокруг палаток.

    И просто фото Полярный Урал.

    История: Как девушки мыли головы в поезде Воркута  Москва.

    Полярный Урал. Возвращение. Лыжный поход. Наши девушки при помощи примуса в тамбуре согрели воду (плацкарт, горячей воды для чая не дают) и помыли головы. В общем, охота пуще неволи.

    История: Плакат в ресторане в Харп.

    Станция Харп. Ветка железной дороги от Воркуты на Лабытнанги. Начало перестройки. Конец маршрута. Деньги уже были. Решил повести знакомых не в столовую, а в ресторан. На стене ресторана на другой стороне какого-то доперестроечного плаката написано: "Пальцами и яйцами в соль не лазить". Всё.

    Водные маршруты.

    До встречи с Верой Николаевной слаломом я не занимался. Но все когда-то происходит в первый раз. Вот мы собираем “Таймень”, вот мы спустили его на воду.

    Вот мостик, залитый водой, и под ним не пройдешь, и поверх. Нужно высаживаться, а вода сильно неспокойная, перетаскивать и прыгать. В середине первый порог или порожек. Фото справа наверное, первая в жизни наша ссора.

    А вот и пороги (Мста, наверное), мы на вокзале и мы на сливе.

    История: Как на Алазани нас ждал грузин.

    Алазань. Телави. После выгрузки из автобуса со всеми рюкзаками и байдарками познакомились с каким-то аборигеном. Слово за слово. “Пойдемте ко мне в гости. Мы не можем.Пойдемте. Не можем. Договорились, что через 10 дней сплавимся до города и зайдем. И, конечно, забыли. Подплываем стоит на мосту. Ждет. Тут началось. Пили много молодое вино, которое черпали ведром из огромного кувшина в подвале. Тут мы с Андреем в первый раз пожалели, что у нас большие поллитровые кружки. (Когда в горах дают горячий чай, то при кружке 500 мл получаешь сразу больше). Застряли на 3 дня.

    История: Как мы свалились с водопада.

    Кавказ. Река. Начальник машет в правый поток, мы в левый, ущелье сужается, впереди шум. Как в детских мультфильмах оказалось, водопад. Небольшой. 3 этажный дом. Выжили.

    Горные реки несутся с большой скоростью. И на “Таймене” там делать нечего. Но если ты вышел на нем, каждый вечер клей дырки. Вынимай байдарку, суши (в данном случае раздуванием уголька) и клей.

    Конечно, пороги есть не только на Кавказе, но название рек на фото смылось в памяти.

    Но кавказские пороги, конечно, красивее и карельских, и тех, что есть в средней полосе.

    История: Как покупали пиво на Курском вокзале.

    Один из водных походов на Кавказе. Грузимся. И вдруг продают разливное пиво. Во что налить? Кто-то предложил "нижнюю часть от гидрокостюма". Налили, поместилось много. Далее хоть плачь. Во-первых, все милиционеры на вокзале были наши представьте себе, 2 человека несут между собой половинку третьего. Но на этом не закончилось. Пиво выпили. Костюм свернули и убрали. Жара. Через 4 дня, в верховьях, нужно надевать гидрокостюмы, и хозяин того, куда наливали пиво, достает свой костюм, разворачивает его. Запах изнутри, наверное, на 200 м вокруг.

    История: Как мы пригнулись, а рюкзак не пригнулся.

    Кавказ. Первый сплав в горах. Закрепляем вещи, а нам дали в нашу лодку станковый рюкзак, мы его и закрепили "стоя". Плывем, впереди висячий мостик, Андрей пригнулся, я пригнулся, а рюкзак нет. Выбрались на берег метров через 150. А скорость реки не менее 25-30 км в час.

    Это из другой жизни, но все равно красиво. Районы Новой Земли. Конец 80-х.

    И снова наши лица в молодости.

    История: Как сшивали ленточки синтепона

    Середина 80-х. Снаряжения нет. В магазинах ничего нет. А жить-то как-то надо. В том числе для высокогорья нужны спальники и пуховики. Легкие, быстросохнущие. И вот счастье, нашли под Щербинкой свалку, куда выкидывали обрезки синтепона (только что появившийся материал, который стали использовать, вместо ватина, на подкладки, и делали банные халаты, простегивая его)... В том числе, среди отходов были длинные ленты, которые отбирали, "вскрывая" тюки. Потом сшивали ленты (это были края полотна) в полотна. Итак. Мы на общебытовой свалке с рюкзаками. Счастье, что тогда не было такого количества бомжей на свалках, как сейчас. До сих пор на антресоли хранятся чемоданы со сшитым синтепоном.

    История: Как делали ледорубы и как я недавно был в магазине альпинистского снаряжения. Когда-то снаряжение было большой проблемой. Ведь от него часто зависит твоя жизнь. Ботинки покупали в альплагерях, веревки у геологов, железо или выменивали у иностранцев (позор какой), или делали сами. Помниться, как я из подводной лодки выносил титановые трубки для производства 2-х ледорубов (мне и Андрею). Ледорубы точили за спирт, а производство “кошек” (и, главное, правильное закаливание) было годовой эпопей.

    Где-то в 2005-2006 году захожу в специализированный магазин. И это есть, и то. И такой ледовый молоток, и такой. И такой крюк, и такой. И веревок 20 типов (не так, как ранее, их было всего три типа десятка (10 мм), 12 мм и репшнур). И в общем цены позволяют мне купить, конечно, не весь магазин, но ВСЕ основные образцы. Но мне уже ничего не нужно. Вот такая диалектика.

    Здесь я собрал ряд материалов, не попавших в первый том.

    Сначала зарисовки о Севере памятник Берингу на Новой Земле и поморские кресты.

    Виллем Баренц, 1550 20 июня 1597гг., голланд-ский мореплаватель и исследователь. В 1594 году экспедиция с его участием покинула Амстердам. Целью был поиск Северо-Восточного прохода в Азию. 10 июля Баренц достиг побережья Новой Земли, после чего повернул на север, но по дос-тижении крайней северной точки архипелага, был вынужден повернуть назад.

    Экспедиция из семи кораблей, начавшаяся в следующем году опять под командованием Баренца, предприняла попытку пройти между побережьем Сибири и островом Вайгач (через пролив Югорский Шар). Экспедиция добралась к проливу слишком поздно он почти полностью был перекрыт льдом.

    16 мая 1596 стартовала третья экспедиция Баренца по поиску северного пути в Азию. При этом ему удалось открыть Медвежий остров (архипелаг Шпицберген). Мореплаватели, обогнув Новую Землю, достигли Карского моря. Опасаясь гибели среди льдов, экспедиция высадилась на берег и устроила зимовку, во время которой Баренц заболел цингой.

    Хотя к началу июня 1597 года Карское море освободилось ото льда, бухта, где стоял корабль, попрежнему была во льдах. Зимовщики не стали ждать освобождения корабля северное лето слишком короткое и 14 июня 1597 года предприняли отчаянную попытку добраться до Кольского полуострова на 2-х шлюпках. Хотя экспедиция достигла полуострова, 20 июня Баренц скончался.

    Эта экспедиция стала последней попыткой голландцев поиска северного пути в Азию.

    Виллем Баренц был первым европейцем, предпринявшим зимовку в Арктике. В его честь названо Баренцево море. На фото справа памятник Баренцу, каким он был 20 лет назад. Недавно читал, что изготовлен "нормальный памятник" и его собираются доставить на крайнюю северную точку Новой Земли. Не видел, не знаю, чем закончилось.

    На следующем фото поморский крест.

    Многометровые восьмиконечные деревянные кресты воздвигались по всему побережью архипелага и центральной части островов.

    В 1429 году первоначальники Соловецкие, преподобные Савватий и Герман, после долгого морского путешествия, “на третий день достигли... острова Соловецкого... И вышли на берег, и поставили шатер свой, и водрузили крест на месте том, где пристали к острову". И лишь после водружения креста пустынники стали строить себе постоянные кельи.

    У креста, при отсутствии храма или часовни, отправлялись молитвы ко Господу. Крест обозначал принадлежность пустынных земель России.

    Традиция воздвижения деревянных восьмиконечных крестов не прерывалась на протяжении многих веков в Поморье.

    Высота поклонных крестов достигала 7-9 метров. Часто крест дополнялся копием (слева) и тростью (справа). Обычно для устойчивости и сохранности опора креста устанавливалась в сруб. Вершина креста защищалась кровлей с причелинами.

    Многометровые приметные кресты по берегам архипелага являлись навигационными знаками, указывавшими мореходам путь к гавани.

    Внизу на фото пейзажи Кольского полуострова.

    Зимой местность, конечно, выглядит подругому на фото наша группа в 1982 году.

    А ниже полярный Урал летом с его тундрами, озерами, нечастыми лесами.

    И цветами, и ягодами.

    И зимние снимки. На фото справа на границе океана мы вынуждены были ставить снежные стены вокруг палаток.

    Теперь перенесемся в Прикаспий.

    На фото пересохшие порты Прикаспия и Аральского моря. Вы все хорошо помните эпопею с поворотом рек и т.д. Правда, говорят, что есть столетний период обмеления Каспия и все, что здесь брошено, это просто наши ошибки.

    Но вот и снова Север “Мертвая дорога".

    Это почти порты в пустыне, но только на севере.

    Из истории стройки № 501 № 503.

    Строительство железной дороги вдоль Северного полярного круга Салехард Игарка, известной также как “Мертвая дорога", можно считать одним из самых грандиозных проектов ГУЛАГа.

    22 апреля 1947 Совет Министров в секретном постановлении за № 1255-331-сс принял решение приступить к строительству крупного морского порта в Обской губе в районе мыса Каменный и железной дороги от ст. Чум (южнее Воркуты) до порта. Необходимость строительства железной дороги была вызвана двумя причинами: экономической освоение северных территорий, богатых полезными ископаемыми, и военно-стратегической защиты арктического побережья. Идея строительства принадлежит самому Сталину: “Надо браться за Север, с Севера Сибирь ничем не прикрыта, а политическая ситуация очень опасная". Строительство было поручено вести Главному управлению лагерного железнодорожного строительства (ГУЛЖДС), входившего в систему ГУЛАГа. Основной рабочей силой были заключенные и ссыльные. Вольнонаемные составляли незначительное число и занимали в основном руководящие должности.

    К концу 1948 г. была построена ветка Чум Лабытнанги (поселок в устье Оби) протяженностью 196 км. К этому же времени выяснилось, что в районе мыса Каменный сооружение морского порта невозможно из-за гидрогеологических особенностей. Однако от идеи создания заполярного порта на трассе Севморпути не отказались. Было предложено перенести порт в район Игарки (север Красноярского края), для чего требовалось продолжить линию Чум Лабытнанги на восток. Были созданы два управления строительства: № 501 с центром в Салехарде и № 503 в Игарке (управления имели номера, поскольку строительство было засекреченным). Строительство железной дороги вели навстречу друг другу № 501 и № 503.

    По архивным источникам приблизительное количество заключенных на всей трассе Салехард Игарка колебалось от 80 до 100 тысяч.

    Несмотря на суровые природные условияморозы под 50 градусов, болота, бездорожье, гнус, дорога возводилась быстрыми темпами. К началу 1953 г. было построено около 800 км из запроектированных 1482 км. На западном отрезке полностью была построена ветка Чум Салехард. От Салехарда до Надыма было открыто рабочее движение. На центральном участке от р. Большая Хетта до р. Пур было уложено 150 км земляного полотна. На восточном участке от Ермаково до Янова Стана на р. Турухан было открыто рабочее движение. На реках Обь и Енисей действовала паромно-ледовая переправа. Оставался недостроенным центральный участок стройки между Пуром и Тазом. В 1953 г. вскоре после смерти Сталина, правительством было принято решение о консервации стройки и последующей ее ликвидации.

    В отличие от других “великих строек коммунизма", Северная железная дорога оказалась мертвой дорогой. Многое из оборудования, мебели, одежды уничтожалось на глазах жителей ж/д поселков. Остались брошенные паровозы, опустевшие бараки, километры колючей проволоки и тысячи погибших заключенных-строителей, цена жизни которых не поддается никакой бухгалтерии.

    Сейчас ж/д трасса Салехард Игарка подобна Зоне из кинофильма А.Тарковского "Сталкер": вечная мерзлота искорежила рельсы, вздыбила мосты, размыла насыпи, разрушила бараки, опрокинула паровозы.

    А это пик Ленина

    И ледник Октябрьский с соседнего склона и "изнутри"

    Брошенные города их много в России. Чуть ли не наиболее известныйэто Хальмер-Ю.

    Над некоторыми местами, ставшими ныне мертвыми городами, словно изначально довлел какой-то злой рок. Даже названия для поселений выбирались как будто бы нарочно.

    В нескольких десятках километров от приполярной шахтерской Воркуты лежит в руинах поселок городского типа Хальмер-Ю, что в переводе с ненецкого означает “долина мертвецов". Кочевые оленеводы-ненцы считали Хальмер-Ю священным местом. Сюда свозили своих покойников, и никто никогда не пытался поселиться в таком месте.

    Советской власти ненецкие обычаи показались полным анахронизмом, тем более что рядом с Хальмер-Ю нашли залежи угля. Для начала, в 30-е гг., была осуществлена так называемая лагерная колонизация “долины мертвецов", только добавившая Хальмер-Ю дурной славы всеобщего кладбища. С конца 50-х началось комсомольское освоение одного из са-мых северных месторождений коксующего угля в СССР. Вокруг шахты быстро вырос поселок городского типа с населением более 7 тыс. человек. Однако здешний уголь оставался дорогим удовольствием для страны. С переходом новой России к рыночной эко-номике встал вопрос о целесообразности существования Хальмер-Ю. И в конце 1993 г. правительство РФ приняло постановление о ликвидации бесперспективной шахты и расселении поселка.

    В книге В. И. Ильина “Власть и уголь: шахтерское движение Воркуты" описан драматический эпизод решения вопроса с Хальмер-Ю. “Окончательная ликвидация Хальмер-Ю проходила с помощью ОМОНа. Вышибались двери, людей насильно загоняли в вагоны и вывозили в Воркуту. Отсутствие энтузиазма части последних жителей поселка вполне понятно: новое жилье им еще не предоставили, некоторые получили недостроенные квартиры. Переселение же их в общежития и гостиницы Воркуты делало их заложниками обещаний властей, которым мало кто верил". Очевидцы называли это “убийством города".

    С тех пор о поселке городского типа ХальмерЮ забыли, зато на его месте появился военный полигон с одноименным названием. Высокие здания посреди ненецкой тундры удобные цели. Последний раз бывший поселок попал в поле зрения общественности в августе 2005 года. Тогда в ходе учений стратегической авиации бомбардировщик Ту-160, на борту которого находился российский президент, нанес сокрушительный удар по бывшему дому культуры “долины мертвецов". Первая ракета прошла чуть выше, зато две остальные прошили здание насквозь, оставив в стенах 5-6-метровые дыры. Испытания признали удачными.

    Фото внизу слева. Справа: это не недоделанная новостройка, а брошенный военный городок в центре Сибири.

    Но вернемся к любимым пейзажам моей юностиГорам (с большой буквы).

    Перед Вами Памиро-Алай.

    Характеризующийся большими масштабами, высокими горами и прекрасными озерами, и длинными длинными подходами к вершинам и перевалам.

    И центральный Кавказ, где преобладали ледовые маршруты.


     

    Горы более компактные, расстояния меньше, но зато короче и подходы к перевалам и вершинам.

    А это автор данных зарисовок (за спиной слева Ушба одна из известнейших вершин Кавказа)

    А это наши палатки на снегу.

    И в конце снова Ушбой (флаги над Ушбой).